Бродяга Борис, роясь на свалке, наткнулся на почти новый утюг. На его гладкой поверхности темнели бурые пятна, похожие на засохшую кровь. Не раздумывая, он понес находку в ближайший отдел полиции. Внутри него шевельнулась смутная надежда — вдруг этот предмет связан с чем-то серьезным, может, даже с преступлением. Однако в участке к его словам отнеслись с привычным безразличием. Кто станет слушать вечно пьяного сборщика хлама?
Все изменилось, когда дело попало на стол следователю Валерии Перовой. Она как раз вела расследование по телу молодой женщины, обнаруженному неподалеку от загородной трассы. Официальная версия гласила: смерть в результате наезда автомобиля. Но Валерия, внимательно изучая фотографии, заметила на виске жертвы странный, почти прямоугольный кровоподтек. Его очертания смутно напомнили ей подошву утюга.
Экспертиза уже сделала свои выводы, дело готовились закрывать. Однако у Перовой закралось упрямое сомнение. Слишком уж всё было гладко, слишком очевидно. Она чувствовала, что за фасадом дорожного происшествия скрывается нечто иное. Ключом ко всему могла стать личность неизвестной девушки — кто она и как оказалась на той дороге?
Именно в этот момент Борис снова появился в поле зрения следствия. Его настойчивость и какие-то обрывочные, но точные замечания заставили Валерию взглянуть на улики под другим углом. Расследование, казавшееся почти завершенным, неожиданно ожило и пошло по совершенно новому, тревожному пути.
Но чем больше Валерия взаимодействовала с этим странным, неприкаянным человеком, тем больше вопросов у нее возникало. Кто он на самом деле? Почему так вовлечен? Что им движет? Загадка личности самого мусорщика начинала волновать следователя не меньше, чем тайна смерти незнакомки.
